Состояние Воронежской экономики в последние годы существования СССР (Часть 2)

Воронежская экономика

Воронежская экономика

К концу 1980-х гг. ситуация на селе отчасти стала напоминать кризис 20-х годов; как и в те годы срочно требовалась новая экономическая политика, которая бы вдохнула новую жизнь в аграрные отношения. Экономические и социальные проблемы, накапливавшиеся десятилетиями, требовали неотложного решения.

Исторический опыт подсказывал руководителям партии и правительства, что для повышения эффективности агропромышленного комплекса необходимо наличие частного собственника, кулака (или фермера, как говорили на Западе). Для преодоления кризиса в сельском хозяйстве нужно было вернуть часть трудоспособного населения (в первую очередь, молодёжь) на село, решить застарелые проблемы строительства дорог, жилья, снабжения сельского населения необходимыми товарами, газификации, телефонизации, медицинского обслуживания и проч.

Определённую роль играл и опыт реформ Китая, который начал экономические преобразования в 1978 году. После поездки в США китайский лидер Дэн Сяопин решил взять за основу американскую хозяйственную модель, базирующуюся на предпринимательстве и рыночных отношениях — при этом роль и значение коммунистической партии Китая оставались незыблемыми. Принцип товарища Дэна «не важно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей» оказался верным.

Тогда, в начале 1990-х, американская экономическая модель казалась очень привлекательной и гражданам СССР. Так, по данным Левада-Центра, в ноябре 1991 года хорошо относились к США 80% населения России и лишь 6% плохо (это потом, спустя четверть века, отношение к США сменится почти на противоположное — 19% «хорошо» и 70% «плохо» при 11% не определившихся в мае 2016 г.).

Очевидно, что для решения столь объёмной и многогранной экономической и социальной задачи требовались многие годы и миллиардные инвестиции. Сельское хозяйство, из ресурсов которого многие годы черпались средства на развитие промышленности, оборонного комплекса, космоса и другие цели, нуждалось в безотлагательной финансовой, правовой и организационной поддержке.

Основы такой поддержки заложили первые «рыночные» законы, упомянутые нами выше. К 1990 г. в сельском хозяйстве Воронежской области стало оформляться фермерское движение. Наиболее активные сельские жители (а также горожане с сельскими корнями) изъявили желание стать фермерами и создать семейные (фермерские) хозяйства. Проведенное в 1990 г. исследование[1] сельских жителей Воронежской области дало следующие количественные результаты: выразили желание стать фермерами 7,2 процента опрошенных; еще 18,8 процента ответили, что в принципе могли бы сделать такую попытку. Почти каждый пятый (17,3 процента) не рискнул бы браться за новое дело в одиночку, но не отказался бы стать членом арендного коллектива. Мнения: «Аренда – дело хорошее, но для меня не подходит» придерживались 17,5 процента. И, наконец, 26,2 процента не считали себя сторонниками аренды, выступали против нее.

Как видно из результатов данного исследования, весьма значительная часть сельских жителей высказалась в поддержку фермерства. Причем наибольшее желание стать фермерами проявили те люди, которые де-факто уже в течение нескольких лет занимались предпринимательской деятельностью в сфере сельского хозяйства.

Вообще говоря, развитие предпринимательства на селе в годы перестройки – разговор особый. Латентная предпринимательская деятельность в эти годы начинает трансформироваться в открытые, легитимные формы. Параллельно с тенденцией к стагнации и рецессии в сфере формальной, государственной агропромышленной экономики, все большее влияние приобретают сельхозпредприниматели и лица, ведущие самостоятельный бизнес в личных приусадебных хозяйствах. Конкуренция между колхозно-государственным и частным сектором постепенно обостряется; результаты же противоборства свидетельствуют о большей эффективности личных хозяйств населения (см. диаграммы на рис.2.6-2.9).

Рис.2.6. Изменения посевных площадей по категориям хозяйств.

Рис.2.6. Изменения посевных площадей по категориям хозяйств.

Рис.2.7. Урожайность зерновых по категориям хозяйств (ц с га).

Рис.2.7. Урожайность зерновых по категориям хозяйств (ц с га).

Рис.2.8. Урожайность по картофелю по категориям хозяйств (ц с га).

Рис.2.8. Урожайность по картофелю по категориям хозяйств (ц с га).

Рис.2.9. Производство мяса (выращено скота и птицы) по категориям хозяйств; тыс. т живого веса.

Рис.2.9. Производство мяса (выращено скота и птицы) по категориям хозяйств; тыс. т живого веса.

Альтернативой колхозному строю был путь создания фермерских хозяйств и новых организационно-правовых форм агропромышленных предприятий – крестьянско-фермерских хозяйств, товариществ, обществ с ограниченной ответственностью, закрытых и открытых акционерных обществ. Ко времени заката перестройки, (т. е. к 1991 г.) в сельском хозяйстве Воронежской области фермерство только начало формироваться (за 1991 г. образовалось 575 фермерских хозяйств[2]), в иные формы колхозы стали преобразовываться лишь начиная с 1992 г. (за этот год было образовано 167 новых агропромышленных юридических лиц; при этом количество колхозов, совхозов и межхозов сократилось на 140 единиц).[3] Следует отметить, что на фоне распада СССР, ухудшения управляемости и дисциплины в сельском хозяйстве и прочих неурядиц, это был внушительный шаг вперёд. В это время всё ещё велись острые дискуссии о путях развития сельского хозяйства в Воронежской области, различными сторонами отстаивались подчас прямо противоположные точки зрения, организовывались аграрные партии и фермерские ассоциации (отстаивавшие разные экономические платформы), но фундамент для дальнейших преобразований на селе был уже заложен. Реально в сельском хозяйстве Воронежской области уже к началу 1992 г. существовало многообразие форм собственности, которые вступили между собой в конкурентные отношения.

В период горбачёвских преобразований в воронежской экономике активно формируется теневой сектор производства товаров и услуг. Нельзя, конечно, сказать, что в доперестроечные времена теневой сектор напрочь отсутствовал в местной экономике – во все, даже самые суровые периоды репрессий и военных действий функционировала какая-то часть полулегальной экономики, – существовала латентная купля-продажа дефицитных товаров («спекуляция» – как говорили раньше), работали чёрные рынки жилья, рабочей силы и проч. Однако в период горбачёвских реформ, с наступлением фазы известной либерализации экономических отношений, теневой сектор воронежской хозяйственной системы стал развиваться весьма быстрыми темпами.

К середине 1980-х гг. наибольшее развитие получили те сферы нелегальной экономической деятельности, которые не требовали сколько-нибудь существенных капиталовложений и приносили участникам этой деятельности ощутимый доход. Так, стали стремительно развиваться такие направления, как частный извоз граждан, межрегиональные перемещения воронежцев с целью закупки и продажи товаров («челночный бизнес»), полулегальное строительство дачных домиков, гаражей (т.н. «шабашки»), ремонт и сдача внаём квартир и т.п. Причём вся эта теневая деятельность приносила в условиях повсеместного дефицита такие значительные доходы (т.к. осуществлялась по рыночным ценам), что многие ее участники довольно быстро отказывались от работы на государственных предприятиях и организациях и целиком посвящали себя теневой предпринимательской деятельности.

Вот что писал в начале 1990 года по поводу нелегального бизнеса д.э.н, профессор Воронежского инженерно-строительного института Л.Ильев в статье «Теневая экономика — болезнь общества», опубликованной в газете «Коммуна» от 5 января 1990 г.: «Не так давно такие слова, как «мафия», «рэкет», «коррупция», однозначно ассоциировались с понятием «западный образ жизни», дальнейшее углубление кризиса капитализма. Но в последние годы в связи с гласностью появились на страницах нашей прессы публикации, посвящённые громким уголовным делам. С высокой трибуны Съезда народных депутатов прозвучал призыв объявить борьбу организованной преступности. … (В последние годы) постоянно росли корыстные посягательства на социалистическое и общественное имущество, процветали приписки и взяточничество. Масштабы хищений, недостач за последние пять лет (1985-1989 гг.) возросли в нашей области в 10 раз. В прошлом (1989 г.) в Воронежской области зафиксировано 40 тысяч подобных случаев. Объём хищений в области в 1988 году составил сумму в 634 тысячи рублей, а за 10 месяцев 1989 года 691 тысячу рублей. Налицо факт, что преступная деятельность стала важнейшим элементом образа жизни некоторых социальных слоёв. При этом мелкие хищения (в Воронеже в 1988 году было задержано около 13 тысяч «несунов» и за 10 месяцев 1989 года более 10 тысяч) превратились чуть ли не в повседневную реальность. … По данным криминологических исследований, за последние 30 лет годовой ущерб от хозяйственных преступлений увеличился в сотни раз. Это привело к тому, что процесс формирования подпольных капиталов заметно ускорился».

Но все-таки самым крупным сектором теневой воронежской экономики периода конца 1980-х – начала 1990-х гг. стал бутлегерский бизнес, самогоноварение и подпольный сбыт алкогольных напитков. После введения в действие Указа о преодолении пьянства и алкоголизма (1 июня 1985 г.), государственное производство ликероводочных изделий и вина было значительно снижено (см. табл.2.10).*

Таблица 2.10

Производство алкогольных напитков (тыс. декалитров)

В средствах массовой информации стала осуществляться активная пропагандистская кампания о вреде пьянства, о здоровом образе жизни, об отказе от дурных традиций застолий и замене их новыми (в духе, например, трезвых свадеб, поминок и проч.). Практические меры по реализации указа в Воронеже и области свелись к тому, что торговать спиртными напитками стали лишь в нескольких магазинах, что обеспечивало возле этих торговых точек огромные очереди, давку и злоупотребления. Почти возле каждой очереди дежурил наряд милиции; штучные отделы были огорожены специальными стальными заграждениями. Каждому покупателю в тот период отпускали не более 2-х бутылок водки или вина. Для особых случаев (свадеб, юбилеев, поминок) на первом этаже магазина ЦУМ существовал т. н. отдел заказов, где на эти цели можно было получить (при наличии справки из ЗАГСа или свидетельства о смерти) спиртные напитки по «госцене», т.е. по официальным государственным (низким) расценкам.

Очевидно, что такая непродуманная политика центральных и местных властей привела, в конечном счете, к формированию в Воронежском регионе целой отрасли теневой индустрии, которая включала в себя:

  • Кустарное и полупромышленное производство вина, самогона и спиртсодержащих напитков;
  • Отрасль фальсифицированных спиртных напитков;
  • Производство «левой» продукции на ликероводочных, спиртовых и винных заводов;
  • Системы нелегального сбыта спиртных напитков.

Вся эта вновь сформированная отрасль теневой экономики обрушилась на потребительский рынок Воронежа и области, нанесла огромный вред хозяйству края.[4]

Появление довольно обширного сектора теневой экономики обусловило развитие процессов дифференциации населения по уровню доходов. Те воронежцы, которые занимались нелегальной предпринимательской деятельностью (как говорили в тот период – «извлечением нетрудовых доходов), смогли заработать более или менее значительные суммы денег, приобрести автомашины, квартиры, дачи, сделать сбережения.

Среди населения Воронежа и области постепенно стала формироваться весьма многочисленная прослойка людей, заинтересованных в развитии рыночных отношений и рыночной инфраструктуры. К концу 1980-х годов в Воронеже начинают появляться вначале полулегальные, а позже и официально работающие вещевые рынки. Так, к 1984-1985 гг. в лесополосе по ул.Перхоровича возникает стихийный рынок, на котором стали продаваться зарубежные грампластинки, джинсы, книги. Сформировался вещевой рынок и на ул.Левоневского. На рынке «Придача» по ул.Димитрова помимо торговли продуктами питания развивается и вещевая торговля. Аналогичные процессы стали оформляться и в районных центрах Воронежской области (среди них наиболее крупный рынок функционировал в Георгиу-Деже [Лисках]).

Спонтанное появление вещевых рынков в Воронеже и области было закономерным процессом. На рынках по повышенным ценам продавали те товары, которых не было в открытой продаже – импортную обувь, женские зимние сапоги, джинсовую одежду, хрустальную посуду, радиотехнику и многое другое.

Советская торговля не могла составить сколько-нибудь существенную конкуренцию вещевым рынкам. Количество качественных товаров, поступавших на оптовые базы и в розничную торговлю, было невелико; но даже поступившие товары реализовывались «из-под полы», «по блату», с наценками «за страх», или «нужным» людям. Товары в тот период не покупали, а «доставали», то есть приобретали на основе неформальных отношений и договоренностей по типу: «ты – мне, я – тебе». Лишь один магазин в Воронеже – магазин «Морава», расположенный по ул.Домостроителей, постоянно торговал модными товарами из Югославии – хрусталем, одеждой, обувью. Возле этого магазина ежедневно собирались сотни и тысячи людей, пытавшихся купить необходимые вещи «по госцене». Однако один-единственный магазин просто физически не мог обслужить такое количество людей.

Пытаясь решить проблему «извлечения нетрудовых доходов» власти неоднократно с помощью милиции выявляли и штрафовали «спекулянтов», запрещали вещевую торговлю на колхозных рынках. Но эти меры не решали, а только усугубляли проблему снабжения воронежцев товарами повышенного спроса. Вещевые рынки либо перемещались в другое место, либо через некоторое время начинали свою работу вновь. При этом товары на них становились несколько дороже, – цены у торговцев повышались за счёт надбавок «за риск» (риск быть пойманными и оштрафованными).

Неоднозначным было и общественное мнение в части функционирования вещевых рынков, – одна часть воронежцев считала, что рыночную торговлю необходимо искоренять, так как она способствует развитию спекуляции и извлечению «нетрудовых доходов»; другая часть, напротив, поддерживала рыночную торговлю и рыночные отношения, считая, что именно они помогают удовлетворять возросшие потребности населения. В конце концов властям пришлось рыночную торговлю легализовать и выделить для вещевых рынков специальные площади. Так, в начале 1990-х гг. появляются рынки в районе Машмета (по ул. Менделеева), Речной рынок, Юго-Западный рынок.

В период горбачевских преобразований в Воронежском крае формируется  промышленное предпринимательство. После вступления в силу законов «О кооперации», «О предприятиях» в Воронеже и области начинают появляться первые кооперативы, осуществляющие промышленную и торгово-закупочную деятельность. Конечно, в условиях планово-централизованной экономики с фиксированными ценами функционирование торгово-промышленных кооперативов выглядело, мягко говоря, несколько специфично.

Подавляющее большинство вновь созданных кооперативов образовалось на базе существующих промышленных предприятий Воронежа и области. Организаторами таких кооперативов чаще всего становились руководители государственных предприятий, а также их родственники и доверенные лица. Работа кооперативов данного толка строилась весьма незамысловато: государственное предприятие поставляло вновь образованному кооперативу сырьё и комплектующие по низким фиксированным расценкам, а переработанное сырьё (чаще всего на базе того же государственного предприятия) реализовывало по повышенным ценам.[5] Покупателей произведённой продукции даже по повышенным ценам было достаточно, так как к началу 1990-х гг. стали ощущаться инфляционные процессы и снижение объёмов выпуска валового продукта в целом по стране.

Потребность вновь образованных кооперативов и государственных предприятий Воронежа и области в постоянно действующем оптовом рынке со свободными ценами реализовалась в создании в 1991 г. Воронежской товарной биржи (ВТБ), которая изначально приняла универсальный характер.[6] На биржевые торги выставлялись самые разнообразные товары, – сельскохозяйственная продукция, продукты питания, стройматериалы, товары народного потребления, электроника и радиотехника, автомашины, нефтепродукты и т.д. Потребность воронежских предприятий в свободном оптовом рынке была настолько сильна, что только за 4 месяца (сент.-дек.) 1991 г. объем биржевых продаж составил 481,7 млн. руб.; количество проведенных торгов – 91, а количество заключенных сделок – 3460. Количество брокерских фирм к концу 1991 г. составило 111 единиц, а численность акционеров ВТБ – 166.

Всплеск воронежской биржевой торговли был вызван несколькими основными причинами:

  • во-первых, согласно постановлению Правительства СССР в системе биржевой торговли допускалось свободное (рыночное) ценообразование. Таким образом, биржи стали анклавами рынка в планово-централизованной экономике, что позволяло участникам биржевой торговли извлекать существенную прибыль на торгово-закупочных и посреднических операциях;
  • во-вторых, к 1991 г. в отдельных регионах СССР усилились сепаратистские настроения (в республиках Прибалтики, в Татарстане, Западной Украине и проч.), что негативно отразилось на торговле и промышленной кооперации. Кроме того, фактическое прекращение функционирования Госснаба вынуждало Воронежские предприятия искать новых поставщиков и покупателей своей продукции, использовать рыночные способы продвижения и сбыта в изменившихся экономических условиях;
  • в-третьих, воронежские биржи[7] выступили своеобразными ценовыми индикаторами, выявили реальные спрос, предложение и цены на самую разнообразную продукцию.

Следует отметить, что влияние воронежских биржевиков и брокеров было необычайно велико. Достаточно упомянуть, что ВТБ в 1991-1992 гг. работала в здании Областной Думы (!), с экранов телевизоров звучала реклама: «Воронежские брокеры откроют вам путь к процветанию!». Многие молодые бизнесмены начинали свой путь именно с биржевой торговли, которая была чрезвычайно популярна в тот период.

Вместе со сферой обращения, промышленностью и сельскохозяйственным производством, довольно значительным изменениям в 1985-1991 гг. подверглись и другие отрасли воронежской экономики (строительство, транспорт, связь). В эти годы сформировался класс воронежских предпринимателей и весьма многочисленная когорта новых собственников. Но, может быть, главным обстоятельством стали даже не эти симптоматичные перемены, которые, как нам представляется, были следствием фактора иного порядка, – фундаментальным изменением мышления, образа мыслей воронежцев.

Рассматривая экономическую и социальную трансформацию Воронежской области в указанный период, следует несколько слов сказать и о становлении образовательной инфраструктуры рынка.

Приходится констатировать, что государственная система высшего, послевузовского и среднего специального образования оказалась на тот момент совершенно неготовой к стремительным и радикальным переменам в экономических и предпринимательских отношениях. Специалистам государственных предприятий, кооператорам и индивидуальным предпринимателям, да и просто молодым людям, желавшим освоить азы бизнеса, некуда было идти за знаниями. Специализированных вузов, факультетов, частных учебных заведений для подготовки столь нужных кадров тогда просто не было. В огромном дефиците были в тот период и преподаватели с багажом рыночных знаний.

За создание соответствующей образовательной инфраструктуры в Воронеже взялись первые организаторы научной и учебной работы, среди которых хотелось бы выделить две знаковые фигуры — д.э.н., профессора Владимира Ильича Белоусова и к.э.н., доцента Ольгу Анатольевну Зайцеву. Эти два специалиста внесли наиболее весомый вклад в формирование и развитие негосударственного сектора подготовки кадров для бизнеса Воронежской области, а также других регионов России. Первый воронежский частный вуз был образован 22 апреля 1991 года — он получил название Воронежская высшая школа предпринимателей (данное название вуз носил до 1997 года; ныне он именуется Институт менеджмента, маркетинга и финансов). Его ректором стала О.А. Зайцева, которая сделала для воронежского бизнес-образования очень многое. В настоящее время под эгидой ИММиФ и патронажем О.А. Зайцевой в Воронеже действует эффективная бизнес-школа с широкими международными связями. Свою значительную лепту в становление образовательной платформы агробизнеса внёс профессор В.И. Белоусов, работа которого на ниве выставочного, сельскохозяйственного и научно-просветительского предпринимательства была весьма ценной и продуктивной.

В годы перестройки весьма динамично меняются подходы многих слоев населения к предпринимательству и фермерству, к частной собственности, экономической свободе и прочим базовым категориям и ценностям. Состоявшийся в 1991 г. последний, XXVIII съезд КПСС показал, что все вышеупомянутые изменения произошли и в умах многих членов партии, которая раскололась на реформаторов (во главе с Б. Ельциным) и консерваторов (возглавляемых И. Полозковым, Е. Лигачевым и др.). На стадии завершения перестройки общество требовало дальнейших экономических и социальных реформ.


[1] См.: Доморацкая М.П., Романович Н.А., Хайкин С.Д. Будущие фермеры – кто они? /В сб.: Актуальные проблемы стабилизации народного хозяйства и перехода к рыночной экономике. – Воронеж-Ижевск, 1991. – С.127.

[2] Прив. по: Сельское хозяйство Воронежской области. Стат. сб. – С.3.

[3] Ibid. – С.3.

* Следует отметить, что данные статистики отражают лишь легальное производство спиртных напитков; у нас нет надежных сведений о масштабах изготовления и потребления домашних и кустарных вин, самогона и иных суррогатов (в виде одеколонов, лосьонов и проч). Однако официальная статистика дает информацию о росте числа наркоманов и токсикоманов в период «сухого» закона, – если в 1985 г. их было 9 на 10 тыс. населения, то в 1990 году этот показатель составлял 22. Прив. по: Народное хозяйство Воронежской области в 1991 году. – С.105.

[4] Антиалкогольная кампания имела, безусловно, и полезное действие. Снижение потребления алкоголя привело к общему оздоровлению населения, увеличению рождаемости, снижению количества самоубийств (в 1986-1987 гг. почти вдвое по сравнению с «доперестроечными» годами). Однако вместе с тем выросла численность лиц, отравившихся спиртными напитками-суррогатами, существенно уменьшились налоговые поступления от продажи алкоголя в бюджеты всех уровней, сформировалась организованная «алкогольная» преступность. Помимо этого, в эти годы из открытой продажи надолго исчез сахар (который используется как сырье в самогоноварении), на который были введены талоны.

[5] Работа воронежских кооперативов на заре их становления весьма живо напоминала времена нэпа в начальной фазе. Методы, используемые кооператорами для извлечения прибыли, были во многом аналогичны методам нэпманов. Подробнее см.: Ларин Ю. Частный капитал в СССР /В кн.: Антология экономической классики. Т.2. – М.: «ЭКОНОВ», 1992. – С.433-483.

[6] ВТБ лицензия на биржевую деятельность по товарным группам была выдана 12.09.91 г., по ценным бумагам – 17.12.91 г.

[7] Вскоре после образования ВТБ в Воронеже была открыта еще одна товарная биржа, которая располагалась по ул. Театральная, 30.

Похожее ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.